Внимательно прочитав это, я прихожу к выводу, что США намерены продолжать эту войну.

Байден совершает колоссальную ошибку, думая, что сможет обескровить Россию, свергнуть Путина и подать Китаю сигнал держаться подальше от Тайваня. Такое мнение озвучил Найл Фергюсон, старший научный сотрудник Milbank Family в Гуверовском институте Стэнфордского университета и обозреватель Bloomberg Opinion.

Он написал статью по итогам месяца войны в Украине:

«Язык, на котором говорят в коридорах власти, — заметил однажды бывший министр обороны Эштон Картер, — это не экономика и не политика. Это история»

В недавней научной статье я показал, насколько это было правдой после террористических атак 11 сентября 2001 года и банкротства Lehman Brothers «15 сентября» в 2008 году. Политики использовали всевозможные исторические аналогии, когда реагировали. «Сегодня произошел Перл-Харбор 21-го века», — отметил президент Джордж Буш-младший в своем дневнике поздно ночью, когда были совершены теракты, приведя лишь один пример, хотя в последующие дни было проведено много других параллелей, начиная от Гражданской войны до холодной войны.

Семь лет спустя председатель Федеральной резервной системы Бен Бернанке и президент Федерального резервного банка Нью-Йорка Тим Гейтнер первыми из членов Федерального комитета по открытым рынкам осознали, что без решительных мер они рискуют повторить Великую депрессию.

Какая история лежит в основе сегодняшних решений Вашингтона, когда война в Украине приближается к завершению первого месяца своего существования? Появилось несколько подсказок.

«Американские официальные лица расходятся во мнениях относительно того, насколько уроки опосредованных войн холодной войны, таких как война Советского Союза в Афганистане, могут быть применены к продолжающейся войне на Украине», — сообщил в субботу Дэвид Сенгер для New York Times.

По словам Сенгера, который не смог бы написать свою статью без источников на высоком уровне, администрация Байдена «стремится помочь Украине загнать Россию в трясину, не провоцируя более широкий конфликт с противником, обладающим ядерным оружием, и не отрезая потенциальные пути к деэскалации… По словам американских официальных лиц, сотрудники ЦРУ помогают обеспечить доставку ящиков с оружием в руки проверенных украинских воинских частей. Но на данный момент Байден и его сотрудники не видят смысла в широкомасштабных тайных усилиях по использованию шпионского агентства для переброски оружия, как это делали Соединенные Штаты в Афганистане против Советского Союза в 1980-х годах».

Внимательно прочитав это, я прихожу к выводу, что США намерены продолжать эту войну. Администрация продолжит поставлять украинцам зенитные «Стингеры», противотанковые «Джавелины» и взрывоопасные беспилотники Switchblade. Они будут продолжать попытки убедить правительства других стран Организации Североатлантического договора поставить более тяжелое оборонительное вооружение (Последнее предложение США заключается в том, чтобы Турция предоставила Украине современную зенитную систему С-400, которую Анкара приобрела у Москвы всего несколько лет назад). Вашингтон вернется к плану снабжения повстанцев Афганистана после 1979 года только в том случае, если украинское правительство проиграет войну с применением обычных вооружений.

У меня есть доказательства из других источников, подтверждающие это. «Единственный конец игры сейчас, — сказал высокопоставленный чиновник администрации на частном мероприятии в начале этого месяца, — это конец путинского режима. А до тех пор, пока Путин будет оставаться, [Россия] будет государством-изгоем, которого никогда не примут обратно в сообщество наций. Китай совершил огромную ошибку, думая, что Путину это сойдет с рук. То, что Россия будет отрезана, не будет выглядеть как хороший вектор, и им придется переоценить китайско-российскую ось. Все это говорит о том, что демократия и Запад вполне могут оглянуться на это как на ключевой момент укрепления».

Насколько я понимаю, высокопоставленные британские деятели говорят в том же духе. Существует убеждение, что «вариант номер один для Великобритании — продлить конфликт и тем самым обескровить Путина». Снова и снова я слышу такие слова. Это помогает объяснить, среди прочего, отсутствие каких-либо дипломатических усилий со стороны США для обеспечения прекращения огня. Это также объясняет готовность президента Джо Байдена назвать Путина военным преступником.

Возможно, я слишком пессимистичен. Очень хотелось бы разделить оптимизм Фрэнсиса Фукуямы, что «Россия идет к полному поражению на Украине». Вот его смелое предсказание от 10 марта:

«Крах их положения мог быть внезапным и катастрофическим, а не происходить медленно в результате войны на истощение. Армия в полевых условиях достигнет точки, когда ее нельзя будет ни снабдить, ни вывести, и боевой дух испарится. … Путин не переживет поражение своей армии… Поражение России сделает возможным «новое рождение свободы» и выведет нас из ступора по поводу упадка глобальной демократии. Дух 1989 года будет жить благодаря кучке отважных украинцев».

Я понимаю, почему так много западных наблюдателей придают этому сценарию высокую вероятность. Нет никаких сомнений в том, что российские силы после вторжения понесли очень большие потери. Невероятно, но прокремлевская российская газета «Комсомольская правда» опубликовала данные Минобороны России о 9 861 российском солдате, убитом на Украине, и 16 153 раненых (Эта статья была быстро удалена.) Для сравнения: за 10 лет в Афганистане погибло 15 000 советских военнослужащих и 35 000 получили ранения.

Более того, есть достаточно доказательств того, что их логистика находится в беспорядке, примером чего является множество грузовиков снабжения, которые были просто брошены из-за того, что их шины или двигатели вышли из строя. Судя по этим меркам, Украина действительно выигрывает войну, как утверждают Филлипс О’Брайен и Элиот А.Коэн. История также знает множество случаев, когда авторитарные режимы довольно быстро распадались перед лицом военных неудач — вспомните судьбы Саддама Хусейна и Муаммара Каддафи или аргентинскую хунту, вторгшуюся на Фолкленды почти ровно 40 лет назад.

Было бы действительно замечательно, если бы сочетание истощения на Украине и вызванного санкциями финансового кризиса в страане привело бы к падению Путина. Возьми это на заметку, Китай! Просто попробуйте тот же трюк с Тайванем, о котором, кстати, мы заботимся гораздо больше, чем об Украине, из-за всех этих удивительных полупроводников, которые они производят на Тайваньской полупроводниковой производственной компании.

Самое интересное в этой стратегии то, как она сочетает в себе цинизм и оптимизм. Это, если подумать, архетипическая реальная политика, позволившая бойне на Украине продолжаться; сидеть сложа руки и смотреть, как героические украинцы «обескровливают Россию»; думать о конфликте как о второстепенном сюжете холодной войны II, борьбы, в которой Китай является нашим настоящим противником.

Администрация Байдена считает, что делает достаточно для поддержки военных действий Украины, но не настолько, чтобы спровоцировать Путина на эскалацию. Она также считает, что делает достаточно, чтобы удовлетворить общественное мнение, которое сильно сплотилось вокруг Украины, но не настолько, чтобы стоить жизни американцам, за исключением нескольких незадачливых добровольцев и журналистов.

Однако оптимизм заключается в предположении, что продолжение войны обязательно подорвет позиции Путина; и что его унижение в свою очередь послужит сдерживающим фактором для Китая. Я боюсь, что эти предположения могут быть в корне ошибочными и отражать непонимание соответствующей истории.

Продление войны чревато не только тем, что десятки тысяч украинцев умрут, а миллионы останутся без крова, но и принесет Путину то, что он может правдоподобно преподнести у себя в стране как победу. Ставка на русскую революцию — это ставка на чрезвычайно редкое событие, даже если война для Путина по-прежнему идет плохо; если война обернется в его пользу, дворцового переворота не будет.

Что касается Китая, я считаю, что администрация Байдена глубоко заблуждается, полагая, что ее угрозы вторичных санкций против китайских компаний удержат президента Си Цзиньпина от оказания экономической помощи России.

Начнем с военной ситуации, которую западные аналитики последовательно представляют в слишком выгодном для украинцев свете. Пока я пишу, это правда, что русские, похоже, приостановили запланированное окружение Киева, хотя бои на окраинах города продолжаются. Но театры военных действий, за которыми стоит наблюдать, находятся на востоке и юге.

На востоке, по мнению военных экспертов, которым я доверяю, существует значительный риск того, что украинские позиции вблизи Донбасса в ближайшие недели окажутся под серьезной угрозой. На юге чеченские силы численностью до батальона приближаются к осажденному и на 80% разрушенному Мариуполю. Украинским защитникам не хватает точек снабжения и места для тактического прорыва. Словом, до падения Мариуполя могут пройти считанные дни. Это в свою очередь высвободит российские силы для завершения окружения Донбасского фронта.

Следующие крупные цели на юге лежат дальше на запад: Николаев, который находится внутри страны, к северо-западу от Херсона, а затем настоящий приз, исторический портовый город Одесса. Защитникам не помогает тот факт, что сильный шторм в северной части Черного моря в пятницу нанес значительный ущерб морской обороне Украины, выбив мины.

Также в пятницу, как утверждают русские, они впервые применили в бою гиперзвуковое оружие: ракету воздушного базирования «Кинжал», которая использовалась для уничтожения подземного склада боеприпасов в Делятине на западе Украины. Такого же результата они могли бы добиться и с обычной крылатой ракетой. Предположительно, цель заключалась в том, чтобы напомнить сторонникам Украины о значительно превосходящей огневой мощи, которой располагает Россия. На данный момент в Украину попало около 1100 ракет. Там, откуда они пришли, их гораздо больше.

И, конечно же, у Путина есть власть — в отличие от Саддама или Каддафи — угрожать применением ядерного оружия, хотя я не думаю, что ему нужно делать что-то большее, чем просто угрожать, учитывая, что обычная война, скорее всего, обернется в его пользу. Следующий удар будет, когда белорусские войска вторгнутся в западную Украину с севера, что, как ожидает украинский генштаб, произойдет в ближайшие дни и что может создать угрозу поставкам оружия из Польши.

В любом случае, у Путина есть другие, менее провокационные варианты, если он решит пойти на эскалацию. До сих пор кибервойна была собакой Шерлока Холмса, которая не лаяла. В понедельник администрация Байдена официально предупредила частный сектор: «Остерегайтесь собак». Также возможны прямые физические атаки на инфраструктуру (например, подводные кабели, по которым проходит основная часть глобального цифрового трафика).

Я не вижу в нынешних стратегиях Запада реального признания того, насколько плохо эта война может обернуться для Украины в ближайшие недели. Стимул для Путина, очевидно, состоит в том, чтобы создать для себя более сильную позицию на переговорах, чем она есть сейчас, прежде чем вступать в серьезные переговоры. Украинцы раскрыли свои карты. Они готовы отказаться от членства в НАТО; принять нейтралитет; добиваться гарантий безопасности от третьих лиц; согласиться с ограничениями своих военных возможностей.

Что менее ясно, так это то, как они относятся к будущему статусу Крыма и предположительно независимых Донецкой и Луганской республик. Кажется очевидным, что Путину нужно нечто большее, чем просто это, чтобы с уверенностью утверждать, что он выиграл свою войну. Столь же очевидно и то, что, если они поверят в свою победу, украинцы не уступят ни квадратной мили территории. Контроль над побережьем Черного моря даст Путину основу для дальнейших уступок, в частности, «сухопутного моста» из Крыма в Россию.

Между тем, в основном финансовые санкции, введенные против России, делают свое предназначение, вызывая что-то вроде общенационального банковского набега и нехватки потребительских товаров. Оценки масштабов экономического спада разнятся — возможно, на треть, если вспомнить условия депрессии, последовавшие за распадом СССР в 1991 году.

Тем не менее пока страны Евросоюза отказываются ввести энергетическое эмбарго в отношении России, режим Путина продолжает получать от ЕС около 1,1 млрд долларов в день в виде доходов от нефти и газа. Я по-прежнему скептически отношусь к тому, что санкции в нынешнем виде могут либо остановить российскую военную машину, либо свергнуть Путина. Почему рубль не упал дальше и даже вырос по отношению к евро на прошлой неделе?

Помните, обе стороны могут применять историю. Президент Украины Владимир Зеленский — мастер своего дела, он тщательно адаптирует свои выступления к каждому национальному парламенту, к которому обращается, эффектно говоря одной стране за другой: «Наша история — это ваша история. Мы это ты». Он дал британцам Черчилля, немцам Берлинскую стену, американцам Мартина Лютера Кинга-младшего, а израильтянам Холокост.

Путин применяет историю диаметрально противоположным образом. «Президент полностью потерял интерес к настоящему», — заявил российский журналист Михаил Зыгарь в недавней статье в New York Times. «Экономика, социальные проблемы, пандемия коронавируса — все это его раздражает. Вместо этого он и [его советник Юрий] Ковальчук зациклены на прошлом».

Я вижу. Недавние псевдонаучные работы Путина — об истоках Второй мировой войны и «Об историческом единстве русских и украинцев» — подтверждают исторический поворот в его мысли.

Я не согласен с бывшим министром иностранных дел России Андреем Козыревым, который сказал Financial Times, что для Путина и его приспешников «холодная война никогда не прекращалась». Это не та история, которая интересует Путина. Как рассказал Der Spiegel болгарский политолог Иван Крастев, Путин «выразил возмущение тем, что аннексию Крыма сравнивают с гитлеровской аннексией Судетской области в 1938 году. Путин живет историческими аналогиями и метафорами. Те, кто враги вечной России, должны быть нацистами». Кроме того:

Лицемерие Запада стало его навязчивой идеей, и оно отражается во всем, что делает российское правительство. Знаете ли вы, что в части своей декларации об аннексии Крыма он почти дословно заимствовал выдержки из поддержанной Западом декларации о независимости Косово? Или что атака на Киев началась с разрушения телебашни, как НАТО атаковала телебашню в Белграде в 1999 году?

Однако такая недавняя история менее важна для Путина, чем гораздо более древняя история имперского прошлого России. Я приводил этот аргумент здесь раньше. Свежим свидетельством того, что проект Путина является не возрождение Советского Союза, а обращение к царскому империализму и православию, стало его выступление на митинге, состоявшемся в пятницу на главном московском футбольном стадионе. Заключительный намек на царского адмирала Федора Ушакова, прославившегося победами на Черном море, показался мне зловещим для Одессы.

Китайцы тоже умеют применять историю к современным проблемам, но делают это опять-таки по-другому. В то время как Путин хочет вернуть постсоветскую Россию обратно в мифологизированное царское прошлое, Си остается наследником Мао Цзэдуна и тем, кто стремится занять место рядом с ним в пантеоне Коммунистической партии Китая. Согласно данным Министерства иностранных дел Китая, во время двухчасового разговора в пятницу Байден сказал Си:

50 лет назад США и Китай сделали важный выбор, опубликовав Шанхайское коммюнике. Пятьдесят лет спустя американо-китайские отношения снова переживают критический момент. То, как будут развиваться эти отношения, определит мир в 21 веке. Байден повторил, что США не стремятся к новой холодной войне с Китаем; он не стремится изменить систему Китая; возрождение его союзов не нацелено на Китай; США не поддерживают «независимость Тайваня»; и у него нет намерения искать конфликт с Китаем.

Судя по ответу Си, он не верит ни одному слову заверений Байдена. Как он ответил: «Китайско-американские отношения вместо того, чтобы выйти из затруднительного положения, созданного предыдущей администрацией США, столкнулись с растущим числом проблем…

В частности… некоторые люди в США подали неверный сигнал силам «независимости Тайваня». Это очень опасно. Неправильное решение тайваньского вопроса окажет разрушительное воздействие на двусторонние отношения… Прямая причина нынешней ситуации в отношениях между Китаем и США заключается в том, что некоторые люди на американской стороне не выполнили важного общего понимания, достигнутого двумя президентами…»

В заключение Си сказал китайскую поговорку: «Тот, кто привязал колокольчик к тигру, должен его снять». Делайте из этого что хотите, но мне это не показалось очень обнадеживающим для тех в команде Байдена, которые проводят ястребиную линию в отношении Китая.

Китайским ястребам в администрации — особенно Курту Кэмпбеллу и Рашу Доши в Совете национальной безопасности — не нравится термин «холодная война II». Но недавняя книга Доши «Долгая игра» (которую я рассмотрел здесь) — это, по сути, руководство по сдерживанию Китая — самое близкое, что мы, вероятно, доберемся до основополагающей «Длинной телеграммы» Джорджа Кеннана и статьи «X» в Foreign Affairs.

А советник по национальной безопасности Джейк Салливан не добился популярности на встрече-марафоне в прошлый понедельник со своим китайским коллегой Ян Цзечи, пригрозив вторичными санкциями против списка китайских компаний, за которыми США будут следить на предмет признаков того, что они торгуют с Россией. Если Бенн Стейл и Бенджамин Делла Рокка из Совета по международным отношениям правы, китайцы уже помогли России скрыть часть своих валютных резервов от финансовых санкций.

Судя по его интервью на выходных в Wall Street Journal, член Совета национальной безопасности президента Дональда Трампа Мэтью Поттингер теперь более чем доволен тем, что называет холодную войну ее настоящим именем. Согласен: Вторжение в Украину во многом напоминает вторжение Северной Кореи в Южную Корею в 1950 году.

Я бы сказал так: Вторая холодная война — это как бы странное зеркальное отображение первой холодной войны. В Первой холодной войне старшим партнером была Россия, младшим партнером — Китай — теперь роли поменялись. В Первой холодной войне первая горячая война была в Азии (Корея) — теперь она в Европе (Украина). В Первую холодную войну Корея была лишь первым из многих столкновений с агрессивными просоветскими марионетками — сегодня за кризисом на Украине, вероятно, последуют кризисы на Ближнем Востоке (Иран) и Дальнем Востоке (Тайвань).

Но есть один очень разительный контраст. Во время Первой холодной войны администрация президента Гарри Трумэна смогла возглавить международную коалицию с мандатом Организации Объединенных Наций на защиту Южной Кореи; теперь Украине приходится обходиться только поставками оружия. И причина этого, как мы видели, заключается в сильном страхе администрации Байдена перед тем, что Путин может перейти к ядерной войне, если поддержка США Украины зайдет слишком далеко.

В 1950 году это не вызывало беспокойства. Хотя Советы провели свое первое атомное испытание 29 августа 1949 года, менее чем за год до начала Корейской войны, они никоим образом не были готовы принять ответные меры, если (как рекомендовал генерал Дуглас Макартур) ) США использовали атомные бомбы, чтобы выиграть Корейскую войну.

История говорит в коридорах власти. Но говорит она разными голосами, в зависимости от того, где расположены коридоры. На мой взгляд — и мне очень хотелось бы ошибаться в этом — администрация Байдена совершает колоссальную ошибку, думая, что она может затянуть войну на Украине, обескровить Россию, свергнуть Путина и подать сигнал Китаю держаться подальше от Тайваня».

Источник: centralasia.media